Сомерсет Моэм. Бремя страстей человеческих - 52

260 >

   На следующий день Филип приехал в Блэкстебл. Со  смерти  матери  он  не
терял никого из близких; кончина  тетки  потрясла  его  и  наполнила  душу
каким-то страхом - он впервые почувствовал неизбежность смерти. Ему трудно
было себе представить, каково  теперь  дяде,  потерявшему  верного  друга,
который любил и холил его сорок лет. Он  ждал,  что  найдет  священника  в
безысходном горе. Филипа пугала  их  встреча:  он  знал,  что  ему  нечего
сказать в утешение. Всю дорогу он придумывал подходящую к случаю речь.
   Филип вошел в дом священника с черного хода и отворил дверь в столовую.
Дядя Уильям читал газету.
   - Поезд опоздал? - спросил он, поднимая голову.
   Филип  ожидал  излияния  чувств,  и  такой  деловой  тон  его  поразил.
Подавленный, но спокойный, дядя протянул ему газету.
   - Тут о ней помещена очень миленькая заметка. Это "Блэкстебл таймс",  -
сказал он.
   Филип машинально прочел заметку.
   - Хочешь поглядеть на нее?
   Филип кивнул, и они вместе отправились наверх.  Тетя  Луиза  лежала  на
двуспальной кровати, со всех сторон окруженная цветами.
   - Хочешь немножко помолиться? - опять спросил священник.
   Он опустился на колени, и Филип, понимая, что  должен  последовать  его
примеру, сделал то же. Он глядел на маленькое, сморщенное  личико.  Голову
его сверлила мысль: какая зря загубленная жизнь! Минуту спустя мистер Кэри
кашлянул и поднялся. Он показал Филипу венок в ногах у покойницы.
   - Это от нашего помещика. - Говорил  он  приглушенным  голосом,  как  в
церкви, но, так как он был священником, это его ничуть не стесняло. - Чай,
наверно, готов.
   Они снова пошли в столовую. Спущенные шторы придавали комнате  траурный
вид. Священник сел у того конца стола, где раньше сидела его жена, и  стал
церемонно разливать чай. Филипу казалось, что ни ему,  ни  дяде  кусок  не
полезет в горло, но, когда увидел, с каким аппетитом закусывает священник,
и сам охотно принялся за еду. Некоторое время оба молчали. Филип с  убитым
видом, которого требовали приличия, жевал кусок отличного кекса.
   - Сколько произошло перемен с тех пор, как я был помощником священника,
- сказал дядя Уильям. - В прежние дни участникам погребения выдавали  пару
черных перчаток и кусок черного крепа на шляпу. Бедняжка Луиза всегда шила
из этого шелка платья. Она говорила, что двенадцати похорон ей хватает  на
платье.
   Потом он перечислил, кто прислал венки,  -  их  получено  уже  двадцать
четыре! Когда умерла миссис Роулингсон - жена священника из Ферна, - у нее

Следующая

260 >

Электронная библиотека

Добро пожаловать!