289 >

   Наутро Филип проснулся рано, и первая мысль его  была  о  Милдред.  Ему
пришло в голову, что он может встретить ее на вокзале Виктории и проводить
на работу. Он быстро побрился, оделся на скорую руку и доехал  до  вокзала
на автобусе. Он вбежал на перрон без двадцати минут восемь и стал  следить
за приходящими поездами. В этот  ранний  час  из  них  высыпало  множество
народу: конторские служащие и приказчики  сплошным  потоком  двигались  по
платформе и спешили в город, девушки шли парами или  небольшими  стайками,
но чаще всего люди шагали в одиночку, думая о чем-то своем. Филип видел  в
утреннем свете их бледные, чаще всего некрасивые, лица; молодые шли легко,
словно им было весело ступать по цементной  платформе,  но  люди  постарше
двигались, как заводные, угрюмо и озабоченно.
   Наконец Филип заметил Милдред и бросился навстречу.
   - Доброе утро, - сказал он. - Я пришел узнать, как вы  себя  чувствуете
после вчерашнего.
   Она была в стареньком коричневом пальто  и  шляпке  с  прямыми  полями.
Выражение ее лица ясно давало ему понять, что она отнюдь не рада встрече с
ним.
   - Я ничего. Но мне некогда.
   - Вы не возражаете, если я вас немножко провожу?
   - Я опаздываю. Мне надо идти побыстрее, - ответила она, глядя на хромую
ногу Филипа.
   Лицо его побагровело.
   - Простите. Не стану вас задерживать.
   - А это уж как вам угодно.
   Она пошла своей дорогой, а Филип уныло поплелся домой завтракать. Он ее
ненавидел. Он ругал себя последними словами за то,  что  позволил  ей  так
завладеть своими мыслями; Милдред была не из тех женщин, которым  он  хоть
сколько-нибудь может понравиться, она всегда будет смотреть с  отвращением
на его уродство! Он решил, что вечером ни за что не  пойдет  в  кафе,  но,
презирая себя, все-таки пошел. Она кивнула ему и улыбнулась.
   - Кажется, я не слишком приветливо обошлась с  вами  утром,  -  сказала
она. - Понимаете, я ведь вас не ждала, а вы свалились как снег на голову.
   - Ничего, ничего.
   На душе у Филипа сразу стало легко. Он был несказанно ей благодарен  за
каждое ласковое слово.
   - Почему бы вам не подсесть к моему столику? - спросил он. - Никто  вас
сейчас не ждет.
   - Ну что ж, пожалуй.
   Он  смотрел  на  нее,  не  зная,  что  сказать;  мучительно  придумывал
какую-нибудь фразу, чтобы задержать ее подле себя; ему хотелось  высказать
ей, как много она  для  него  значит.  Но,  полюбив  всерьез,  он  потерял
способность говорить любовный вздор.
   - Где же ваш приятель со светлыми усами? - спросил он. - Я давно его не

Следующая

289 >