32 >

всякий интерес к своим игрушкам.
   Он стал сам доставать с полок книги, когда никого не  было  поблизости,
и, может, потому, что  первое  и  наиболее  сильное  впечатление  на  него
произвел восточный город, больше всего нравились ему  книги  с  описаниями
Леванта. Сердце его взволнованно билось,  когда  он  глядел  на  мечети  и
затейливые  дворцы,  но  среди  всех  картинок  была  одна  в   книжке   о
Константинополе,  которая  особенно   волновала   его   воображение.   Она
называлась "Зал тысячи колонн" -  это  был  византийский  водоем,  который
народная молва наделила фантастическими размерами; в легенде,  которую  он
прочел, рассказывалось,  что,  соблазняя  неосторожных,  у  ворот  водоема
всегда причалена лодка, но ни один путешественник,  отважившийся  уйти  на
ней в темноту, не вернулся назад. И  Филип  представлял  себе,  как  лодка
плывет и плывет между колоннами то по одному протоку, то по другому, и вот
она наконец причаливает к какому-то таинственному дворцу...
   Однажды ему повезло: он напал на "Тысячу и одну ночь" в переводе Лейна.
Сначала его заинтересовали иллюстрации, а потом он  начал  читать,  и  его
увлекли сказки, сперва только волшебные, а потом и другие; сказки, которые
ему нравились, он перечитывал снова и снова. Теперь он больше ни о чем  не
мог думать. Он забыл об окружающем мире. Его не могли  дозваться  обедать.
Сам того не  понимая,  он  приобрел  прекраснейшую  привычку  на  свете  -
привычку читать; он и не подозревал, что нашел самое надежное  убежище  от
всяческих  зол;  не  знал  он,  правда,  и  того,  что  создает  для  себя
вымышленный мир, рядом с которым подлинный мир может принести  ему  только
жестокие разочарования. Вскоре он стал читать и другие книги.  Ум  у  него
был любознательный. Увидев, что мальчик  нашел  себе  занятие,  больше  не
пристает к взрослым и не шумит, дядя и тетя  перестали  обращать  на  него
внимание. У мистера Кэри было столько книг, что он не мог все их упомнить,
а так как читал он мало, то не знал и того, какие именно книги он привез в
той или иной  пачке,  купленной  по  дешевке  у  букиниста.  Вперемежку  с
проповедями,  нравоучениями,  путешествиями,  житиями   святых,   историей
религии и писаниями отцов церкви  стояли  старомодные  романы  -  их-то  и
открыл для себя Филип. Он отыскивал их по заголовкам, и первое, на что  он
напал, были "Ланкаширские ведьмы", потом "Незаменимый Кричтон" и множество
других. Стоило ему, раскрыв книгу, прочесть, как два одиноких путника едут

Следующая

32 >