364 >

   Беззащитность ребенка казалась Филипу необычайно трогательной. Это было
крошечное, уродливое, вечно  чем-то  недовольное  существо.  Его  рождения
ждали со стыдом и душевной болью.  Никому  он  не  был  нужен.  И  целиком
зависел от того, даст ли ему чужой человек пищу, кров и одежду.
   Когда поезд тронулся,  Филип  поцеловал  Милдред.  Он  поцеловал  бы  и
ребенка, но боялся, что Милдред станет над ним смеяться.
   - Ты мне будешь писать? Да, дорогая? А я тебя буду ждать с нетерпением!
   - Смотри не провались на экзамене.
   Филип и так готовился прилежно, но теперь, когда до  экзамена  осталось
десять дней, он целиком погрузился в занятия. Он должен был  выдержать  во
чтобы то ни стало: во-первых, ему  не  хотелось  тратить  лишнее  время  и
деньги, а деньги  за  последние  четыре  месяца  текли  рекой;  во-вторых,
экзамен означал конец  зубрежки  -  студент  переходил  к  занятиям  общей
медициной, акушерством и хирургией - предметами  куда  более  живыми,  чем
анатомия и физиология, которые он изучал до сих  пор.  Филип  с  интересом
ждал второй половины курса обучения. К  тому  же  ему  было  бы  неприятно
признаться Милдред, что он потерпел  поражение:  хотя  экзамен  был  очень
трудный и большинство студентов проваливались при  первой  попытке,  Филип
знал, что  Милдред  будет  им  недовольна,  а  она  обладала  удивительной
способностью унижать человека.
   Милдред сообщила открыткой, что доехала благополучно,  и  ежедневно  он
отрывал от занятий полчаса, чтобы написать ей длинное  письмо.  Он  всегда
робел, когда ему приходилось выражать свои чувства, но оказалось,  что  на
бумаге он  может  высказать  то,  что  постеснялся  бы  произнести  вслух.
Пользуясь этим, он изливал ей свое сердце. До сих пор  он  не  решался  ей
сказать, каким обожанием полно все его существо, как любовь окрашивает все
его поступки, все его мысли. Он писал ей о будущем, о счастье, которое его
ждет, и о глубочайшей  благодарности,  которую  он  к  ней  чувствует.  Он
спрашивал себя (он часто спрашивал себя об этом и раньше, но  ни  разу  не
отважился передать словами), что было в ней такого, что наполняло его душу
невыразимым восторгом. Он сам этого не понимал; он знал одно: когда она  с
ним, он  счастлив,  а  когда  ее  нет,  весь  мир  становится  холодным  и
неприютным;  он  знал,  что,  когда  думает  о  ней,  сердце  его   словно
расширяется, наполняет всю грудь (будто ему сдавило легкие),  бьется,  как
безумное, ему становится трудно дышать; радость от того,  что  она  рядом,

Следующая

364 >