416 >

   В конце года, когда  Филип  заканчивал  свою  трехмесячную  практику  в
амбулатории, он получил от Лоусона письмо из Парижа.

   "Дорогой Филип!
   Кроншоу в  Лондоне  и  был  бы  рад  тебя  видеть.  Он  живет  в  Сохо,
Гайд-стрит, 43. Не знаю, где это именно, но ты найдешь. Будь молодчиной  и
присмотри за ним немножко. Ему очень не повезло. Он  сам  тебе  расскажет,
что делает. Тут все идет в общем по-прежнему. С тех пор как ты уехал, мало
что изменилось. Клаттон вернулся, но стал совершенно невыносим. Рассорился
со всеми. Насколько я понимаю, у него нет ни  копейки;  снял  у  черта  на
рогах за Ботаническим садом маленькую мастерскую и  никому  не  показывает
своих работ. Сам он тоже нигде  не  бывает,  поэтому  неизвестно,  как  он
живет. Может, он и гений, а может, и сумасшедший. Кстати,  несколько  дней
назад я  встретил  Фланагана.  Он  водил  миссис  Фланаган  по  Латинскому
кварталу. Наш друг бросил искусство и вошел  в  отцовское  дело.  Денег  у
него, видно, куры не клюют. Миссис  Фланаган  -  очень  хорошенькая,  и  я
пытаюсь получить заказ на ее портрет. Сколько бы ты с них содрал  на  моем
месте? Боюсь их отпугнуть, но, с другой стороны, глупо просить 150 фунтов,
если они с легкостью заплатят 300.
   Неизменно твой, Фредерик Лоусон".

   Филип написал Кроншоу и получил ответ, нацарапанный на обрывке  дешевой
бумаги; жиденький конверт был куда грязнее,  чем  обычно  выходит  из  рук
почтальона.

   "Дорогой Кэри!
   Конечно, я Вас отлично помню. Мне даже кажется, что это я вызволил  Вас
из Омута Отчаяния [одна из аллегорий в  книге  английского  писателя  XVII
века Дж.Беньяна "Путь паломника"], в котором я сам  безнадежно  погряз.  Я
буду рад Вас видеть. В этом чужом городе я чувствую себя совсем  чужим,  и
меня изводят мещане. Приятно будет поговорить о Париже. Я не приглашаю Вас
к себе, ибо мое жилище не столь великолепно, чтобы я  мог  принять  в  нем
такого видного представителя  профессии  мсье  Пургона  [врач  из  комедии
Мольера "Мнимый больной"], но каждый вечер от семи до восьми я вкушаю  мою
скромную трапезу в ресторане под названием "О бон плэзир" на Дин-стрит.
   Искренне Ваш, Д.Кроншоу".

   Филип пошел к нему в тот же  день.  Ресторанчик,  умещавшийся  в  одной
комнатушке, был из самых дешевых, а Кроншоу, казалось, - его  единственным
посетителем. Он сидел в углу,  подальше  от  сквозняка,  в  той  же  самой
поношенной шубе, без которой Филип не видел его ни разу, и в том же старом
котелке.

Следующая

416 >